Слово «балкон» имеет древненемецкое происхождение и в переводе означает «балка»,
«бревно». Впервые оно вошло в употребление в Италии
Изображение: Roger Ahlbrand, 2008 год

«Ад начался ровно в четыре утра — я специально посмотрела на часы, когда была разбужена внезапным ором — по-другому это назвать нельзя — какой-то птицы. У меня было ощущение, что птица сидит прямо у меня на голове, и, как отоларинголог со стажем при осмотре совершенно глухого пациента, отлично артикулируя, очень громко говорит мне в ухо через специальную трубочку для усиления эффекта».


Иногда кажется, что «новое» — что-то в первый раз — может случиться с тобой только в детстве. Ну хорошо, еще в юности. А потом живешь-живешь и вдруг обнаруживаешь, что новые эмоции и опыт поджидают тебя, такого взрослого, с детьми, машиной, квартирой и собакой, буквально на каждом углу. А если вдруг не поджидают или поджидают редко — нужно непременно отправиться на их поиск. Потому что всякое «в первый раз» помогает встречаться лицом к лицу со своими страхами (кто победит?) и непрерывно меняться, открывая в себе как в океане подводные течения, новые острова и собственные бермудские треугольники.

В родительской квартире никому нельзя было спать на балконе. Аргументов было множество — от «что за глупости» до «ты там все равно не уснешь» (что было отчасти правдой, потому что родительский дом стоит на оживленном перекрестке с круглосуточным потоком машин и общественного транспорта). Потом я выросла, сменила семь или восемь квартир с балконами и без, по пути обзаведясь сыном и собакой. (Сын, кстати, на балконе спал с двухнедельного возраста — по паре часов в день после обеда — весь свой первый год).

Этим летом наш город накрыла жара, так что я решила осуществить детскую мечту. И вынесла на балкон маленький диван. И подушку с одеялом. И настольный светильник. И книжку.

В десять было уже достаточно темно и условно прохладно (после дневных тридцати трех градусов жары), собака задумчиво наблюдала за моими приготовлениями, но потом решила не бросать меня одну и устроилась рядом на прохладном полу.

Мы почитали книжку (читала, в основном, я — собака наша засыпает мгновенно и через минуту уже храпит как рота гренадеров). На свет лампы прилетела какая-то ночная бабочка, но отчего-то быстро потеряла к нему интерес и растаяла в ночи. От соседей в доме напротив вышли поздние гости, сели в машину и укатили. (Маленькое уточнение — мы живем в деревне, вокруг простираются поля с коровами, но от коров наш дом отделяет еще ряд домов, каждый на одну семью. В общем, и на природе и с вкраплениями цивилизации, второй этаж из трех в доме на три семьи с общим садом, на который, собственно, и выходит балкон). Местные коровы, которые обычно летом круглосуточно бродят романтическими парами меж трех тополей посередине поля, в эту ночь отчего-то колокольчиками не звенели.

Я погасила лампу и намеревалась было потихоньку засыпать, как вдруг в саду кто-то начал шуршать. И явно приближаться к дому. Олени так далеко в жилые кварталы не заходят — остаются хорьки или лисы. В прошлом году наглый лис забрался к соседу в курятник в разгар дня и успел передушить пять кур и троих кроликов, унеся с собой только одного — буквально за те полминуты, что сосед с грохотом и ругательствами летел по лестнице со второго этажа, откуда он и узрел лиса в окно. Хорьки охотятся, в основном, только на провода машин под капотом и стараются при этом не шуметь. Бояться в общем и целом было нечего, но мурашки небольшим стадом пробежали туда-сюда по спине.

Потом я заснула. Периодически просыпалась, когда с другой стороны дома проезжали по главной деревенской улице особо шумные грузовики и тут же засыпала снова. Часа в два ночи медленно, но очень громко, протащился трактор. Потом все стихло.

Ад начался ровно в четыре утра — я специально посмотрела на часы, когда была разбужена внезапным ором — по-другому это назвать нельзя — какой-то птицы. У меня было ощущение, что птица сидит прямо у меня на голове и как отоларинголог со стажем при осмотре совершенно глухого пациента, отлично артикулируя, очень громко говорит мне в ухо через специальную трубочку для усиления эффекта. Птица при этом в действительности сидела на елке метрах в пяти от меня в целом и моего уха в частности. Но самое страшное, она не была одинока. Птиц было много. И они радостно приветствовали солнце, которое еще и не думало всходить. Я нащупала на полу бельевую прищепку и кинула в сторону елки. Птицы затихли на несколько секунд, видимо, оценивая масштабы опасности, а потом с удвоенной громкостью принялись обсуждать инцидент.

Я накрылась одеялом с головой и снова задремала. Примерно через час проснулись — или специально прилетели — другие птицы. Эти были голосами повыше прежних, да и числом поболе. Ад зазвучал по-новому. Снова накрылась с головой, убеждая себя, что им скоро надоест так орать. Как бы не так.

В шесть часов под балкон пришла наша кошка, которая летом взяла привычку с вечера смываться на прогулку, а возвращаться только к завтраку. Завтрак у нас обычно случается в семь тридцать, но кошкины биологические часы периодически дают сбой в рамках старческого маразма. Видимо, заслышав натренированным на полевых мышах ухом шевеления на балконе, кошка принялась требовать немедленно впустить ее домой. Неподготовленному слушателю в таких случаях обычно кажется, что с бедного животного какой-то тать снимает живьем шкуру, одновременно рассказывая несчастному созданию, что его мясо будет приготовлено в кисло-сладком соусе с добавлением кунжутных семян. От этих душераздирающих воплей проснулась даже собака, которая обычно спит сном праведницы, пока я не спущу ноги с кровати, пытаясь нащупать тапочки. Очень часто при этом под ногами оказывается собака. В этот раз собака, уже вскочив, но еще не вполне проснувшись, стукнулась снизу головой об мой импровизированный ночной столик, свалив лампу и флакон с тоником для лица. Кошка продолжала голосить еще громче, так что мы с собакой, пошли открывать ей входную дверь в дом. К моменту, когда мы как пара зомби добрели вниз к двери, кошка уже сидела на крыльце с ангельским лицом. Собака окончательно проснулась и решила выгуляться, раз уж случай подвернулся, и ушла опрыскивать ближайшую липу.

Вернулись домой уже втроем. Дала зверям по банке консервов и пошла досыпать.

Только задремала — вернулась из кухни собака и благодарственно взгромоздилась на меня передними лапами (потому что если дали завтракать — значит, активный день наступил. Логично же). Убедила собаку в обратном, попросила оставить меня в покое и заняться чем-нибудь полезным. Наши с собакой понятия о полезном, как оказалось, сильно расходятся, так что, слезши с меня, она отправилась гонять по квартире кошку — зрелище умилительное, но чрезвычайно громкое, потому что в раже страсти звери сносят все, что неустойчиво стоит, плюс маневры тридцатикилограмового тела, пытающегося тормозить когтями по паркету на поворотах — это тот еще оазис тишины.

В семь солнце уже выкатилось из-за горы и начало споро нагревать воздух (о радость, балкон, выходящий на юг!). Под одеялом стало нестерпимо жарко, без него было нестерпимо громко. Первая группа птиц объединилась со второй в усердной репетиции мирового турне. Животные, судя по звукам, освоили уже и вертикальные пространства в гонках на скорость и выносливость.

Я покинула поле экспериментов и пошла спать туда, где делаю это всегда, когда мне в голову не приходят всякие странные мысли из области «а не попробовать ли мне».

И да, я больше не буду спать на балконе.

Некоторые мечты просто не должны сбываться. Никогда.

http://www.livejournal.com/magazine/1066839.html

хорошоплохо (никто еще не проголосовал)
Loading...Loading...